1. Знак трех Опции

[Единственная]

Пролог

Особая благодарность Кейт Керри

Покрытые землей корни дерева скрывали небольшое отверстие в склоне. Тонкие извилистые плети устилали песчаный пол темной пещерки, образованной многолетними усилиями ветра и воды.

Одинокий кот осторожно поднялся по крутой тропинке к входу в пещеру, остановился перед отверстием и прищурился. Его огненно-рыжая шкура светилась в лунном свете. Уши стояли торчком, а вздыбленная шерсть выдавала сильное волнение, которое он изо всех сил старался скрыть. Кот уселся перед входом в пещеру и обвил хвостом лапы.

— Ты звал меня.

В глубокой тьме пещеры сверкнули два глаза — неожиданно яркие и синие, словно летнее небо, отраженное в глади пруда. На пороге своего жилища появился изрядно потрепанный годами и битвами серый кот.

— Огнезвезд, — прокряхтел он, потершись подбородком о щеку рыжего, — я хотел поблагодарить тебя. Ты возродил умершее племя. Никто не смог бы справиться с этим делом.

— Не стоит благодарности, — низко склонил голову Огнезвезд. — Я лишь сделал то, что должен был сделать.

Старый воин кивнул и задумчиво сузил глаза.

— Скажи, Огнезвезд, ты хороший предводитель своего племени?

Рыжий кот застыл, задумчиво шевеля усами.

— Не знаю, — наконец, выдавил он из себя. — Это очень непросто… Но я всегда стараюсь делать для своего племени то, что считаю нужным.

— Никто не сомневается в твоей преданности, — проскрипел старик. — Но как далеко она простирается, вот в чем вопрос!

Огнезвезд растерянно заморгал, не зная, что сказать.

— Тяжкие времена наступают, — вздохнул старый воин, прежде чем Огнезвезд успел опомниться. — Я вижу, что твоя преданность будет подвергнута страшному испытанию. Запомни — бывает и так, что судьба кота расходится с судьбой его племени.

Внезапно старик поднялся и устремил взор куда-то за спину Огнезвезда, словно видел там что-то, недоступное взору обычного смертного кота.

Когда он снова заговорил, голос его утратил старческую хрипоту, и Огнезвезду вдруг показалось, будто с ним разговаривает кто-то совсем незнакомый.

«Придут трое, кровь твоей крови, и могущество звезд будет у них в лапах».

— Что? — растерялся Огнезвезд. — Кровь моей крови? Зачем ты мне это говоришь?

Старый воин моргнул, не сводя глаз с чего-то, невидимого смертным котам.

— Ты должен объяснить! — воскликнул Огнезвезд. — Как я могу принять правильное решение, если ничего не понимаю?

Старый кот испустил глубокий вздох и прошептал:

— Прощай, Огнезвезд. Вспомни меня, когда придет время.

* * *

Огнезвезд испуганно открыл глаза. В животе у него бился страх.

Увидев вокруг знакомые каменные стены, он с облегчением перевел дух. Сквозь трещину в камне в пещеру пробился луч утреннего солнца, и постепенно, согретый его теплом, Огнезвезд успокоился.

Рыжий кот поднялся и потряс головой, пытаясь отогнать видение. Это был не просто сон, ведь Огнезвезду привиделась пещера, словно он был в ней совсем недавно, а не много-много лун тому назад.

Старый кот произнес свое пророчество, когда Грозовое племя еще обитало в старом лесу, а у Огнезвезда не было дочерей. Это пророчество сопровождало его в долгом путешествии от разрушенного дома к озеру, вместе с ним оно поселилось в новом лагере на дне каменного оврага, и каждое полнолуние оживало в его снах. Даже спавшая рядом с Огнезвездом Песчаная Буря ничего не знала о странных словах старого кота.

Огнезвезд выглянул из своей пещеры, окинув взглядом просыпающийся внизу лагерь. Посреди поляны сладко потягивался глашатай Ежевика, царапая землю длинными когтями. А вот из палатки выскочила Белка и с радостным урчанием бросилась к другу…

«Пожалуйста, пусть я ошибаюсь!» — с тоской подумал Огнезвезд. Но на сердце у него по-прежнему было тяжело. Что-то подсказывало ему, что срок осуществления пророчества приближался.

«Придут трое…»

[Единственная]

Глава XVIII

Остролапка ошеломленно уставилась на брата. Воробушек всегда хотел стать воителем, он твердил это с тех пор, как научился гоняться за комком мха!

Огнезвезд перевел взгляд на Остролапку.

— Ты что-нибудь знаешь об этом?

— Нет! — пролепетала она, испугавшись, что Огнезвезд решит, будто они с братом заранее сговорились.

Воробушек обернулся к сестре, и в его голубых глазах она увидела тревогу и жалость.

— Прости меня, Остролапка, я не хотел…

— Все хорошо, — Листвичка подошла к Воробушку и потерлась мордой о его ушко. — Остролапка только что сообщила Огнезвезду, что хочет стать воительницей.

Воробушек робко моргнул.

— Правда?

Остролапка кивнула. Острые иголочки радости вонзились в ее лапы. Лучшего решения и придумать было нельзя! Ведь Воробушек всегда знал травы лучше, чем она! Но согласится ли Огнезвезд?

Предводитель посмотрел на Листвичку.

— Ты готова сразу же взять нового ученика?

Листвичка неторопливо села и обвила хвостом лапы.

— Я была бы счастлива стать наставницей Воробушка. Лучшего целителя я не могу пожелать своему племени.

Остролапка в недоумении уставилась на Листвичку. «По-моему, она что-то скрывает. Но что?»

— А как же его слепота? — прямо спросил Огнезвезд, и Остролапка привычно распушилась. Неужели Огнезвезд может отказать Воробушку из-за такого пустяка?

— Он знает все травы лучше меня! — торопливо выпалила она.

— У него невероятно развито обоняние, — подтвердила Листвичка. — Он может чувствовать нагноение в ране у кота, стоящего на другом конце поляны.

Остролапка ждала, что Воробушек начнет горячо доказывать, что его слепота ничего не значит, но ее брат лишь сухо сказал:

— Я буду стараться изо всех сил. Очень скоро Листвичка сама убедится, гожусь я на что-нибудь или нет.

— Хорошо, — несколько растерянно кивнул Огнезвезд. — С сегодняшнего дня Листвичка будет твоей новой наставницей.

Воробушек кивнул.

— Но сначала, — продолжал Огнезвезд, — мы должны поговорить с Яроликой.

Впервые за все время разговора Воробушек робко втянул голову в плечи.

— Она расстроится, — прошептал он. Остролапка пошевелила ушами, услышав в его голосе неподдельную тревогу. Ее брат никогда не ладил со своей наставницей, но не хотел причинять ей боль.

— Может быть Яролика согласится тренировать меня? — предположила она.

Огнезвезд отрицательно покачал головой.

— Ее навыки полезны для тренировки Воробушка, но непригодны для тебя. Не волнуйтесь, очень скоро наша Яролика снова станет наставницей.

— Что если она не поймет моего решения? — тихо спросил Воробушек.

— Тебе придется найти такие слова, чтобы она поняла, — ответил ему Огнезвезд. — Я могу приказывать своим воинам, что им делать, но не в моей власти решать, что им чувствовать.

— Я сделаю все, чтобы она не подумала, будто я принял такое решение из-за нее, — пообещал Воробушек. — Это как раз то, что я обязан сделать.

Голос его был до странности бесстрастным. Непонятная дрожь пробежала по спине Остролапки. Ей вдруг показалось, что это не Воробушек решил стать учеником Листвички, но какая-то сила заставила его сделать это.

Листвичка выразительно посмотрела на Огнезвезда с Песчаной Бурей, и Остролапка поняла, что та хочет поговорить с ними без лишних ушей.

Она поспешно поклонилась.

— Можно я позову Яролику?

— Да, будь так добра, — кивнула Листвичка.

— Она в воинской палатке, — сказал Воробушек.

Остролапка повела усами. Ей всегда казалось странным, что Воробушек неизменно знал все, что происходит в лагере. Она выскочила на поляну и помчалась к воинской палатке. Просунув голову внутрь, Остролапка робко окликнула Яролику.

Та сидела в своем гнездышке, и ее дыхание облачком белело в темноте.

— Огнезвезд хочет поговорить с тобой, он у себя, — быстро сказала Остролапка.

Яролика замерла, посмотрела на нее и, ничего не спрашивая, вышла из палатки.

Остролапка вышла следом. Она не хотела давать Яролике время на разговоры. Она знала, что не сможет скрыть от нее правду, но одновременно понимала и то, что это Воробушек должен сам сообщить горькую новость своей наставнице. Чтобы поскорее скрыться от глаз Яролики, Остролапка поспешила в палатку оруженосцев. И вообще нужно же ей познакомиться со своим новым домом!
В палатке ее встретил незнакомый запах тиса и пустые гнездышки оруженосцев.

«Теперь я буду спать в гнездышке Воробушка», — подумала Остролапка. Она принюхалась и обвела глазами палатку, радуясь тому, что очень скоро будет спать среди товарищей. После переполненной детской гнездышко в пещере целительницы казалось ей холодным и одиноким. Жаль, что палатка была пуста, и никто из оруженосцев не выбежал ей навстречу. «Наверное, тренируются», — подумала Остролапка, и радостное волнение охватило ее при одной мысли о тренировках. Наконец-то после долгого одиночества она будет вместе со всеми!

Когда Остролапка вышла из палатки, Яролика все еще поднималась по каменной насыпи. Лежа у обломка скалы, Терновник разговаривал с Белолапой. Под Каменным карнизом дремал на утреннем солнышке Долгохвост.

Лисенок с Ледышкой выкатились из детской пушистым комком шерсти и торчащих усиков.

— Не бегайте по поляне! — прикрикнула на них Тростинка. — Глядите, как бы на вас кто-нибудь не наступил.

— Ладно, — пискнула Ледышка и шлепнула своего рыжего брата пушистым хвостом. Лисенок отпихнул ее так, что она покатилась прямо под ноги Остролапке.

Та вытянула лапу и остановила белоснежную кошечку.

— Привет, Остролапка! — пискнула Ледышка и, вскочив, снова бросилась на брата. Она опрокинула его на землю, схватила передними лапами за морду и принялась в упоении лупить задними.

— Лисенок! Пригни голову и как следует бодни ее лбом, — крикнула Остролапка.

Ледышка завизжала и выпустила брата.

— Это нечестно! — захныкала она. — Ты ему помогла!

— Мне кажется, моя помощь ему была не нужна, — засмеялась Остролапка.

Лисенок снова бросился на сестру.

— Уворачивайся! — крикнула ей Остролапка.

Ледышка перекувыркнулась через голову как раз в тот момент, когда Лисенок кинулся в заиндевелую траву позади палатки. Потом обернулся и, пригнувшись к земле, снова помчался на сестру.

— Не так быстро, — посоветовала Остролапка. Ледышка уже ждала удара, припав грудью к земле и воинственно помахивая хвостиком. — Подпусти его поближе.

Лисенок поглядел на сестру и сердито сверкнул глазами.

— Она не посмеет ко мне приблизиться!

Ледышка не смогла снести такой наглости и поползла к нему. Лисенок замер и терпеливо стал ждать, когда сестра окажется так близко, что он почувствует мордой ее дыхание.

— Теперь зайди ей за спину! — посоветовала Остролапка.

Лисенок выскочил из травы и прыгнул на Ледышку. Когда та попыталась обернуться, он вскочил ей на спину и опрокинул наземь.

— Из вас выйдут отличные воины! — заурчала Остролапка.

Внезапно внимание ее привлек промельк рыжей шерсти в дальнем конце поляны. Яролика бежала от пещеры предводителя.

Сердце у Остролапки сжалось от боли. Что ни говори, а Воробушек был первым оруженосцем Яролики. Должно быть, она была счастлива, стараясь доказать, что может быть хорошей наставницей. Хорошо бы Воробушек сумел объяснить ей, что его решение никак не связано с былыми обидами на наставницу.

— Покажи нам боевой прием! — со всех лап кинулся к Остролапке взъерошенный Лисенок.

Остролапка припала к земле и, изогнувшись как змея, перекувыркнулась на спину.

— Ух ты! — ахнул Лисенок. — Ну ты даешь! — внезапно он посмотрел на поляну и испуганно втянул голову в плечи. — Огнезвезд идет!

— Я выбрал тебе нового наставника, — сказал предводитель, останавливаясь перед Остролапкой.

— У тебя теперь новый наставник? — удивленно пискнул Лисенок.

Огнезвезд опустил глаза и посмотрел на котенка.

— Она будет воительницей, — пояснил он.

— А я думал, она учится на целительницу…

Остролапка растерянно уставилась на малыша. Она до сих пор боялась, что все-таки нарушила Воинский закон.

— Остролапка лучше знает, к чему лежит ее сердце, — пришел ей на помощь Огнезвезд.

«Это правда!» — встрепенулась она.

Белохвост со всех лап ворвался в лагерь.

— Я ему сказал! — прокричал он на бегу. — Он уже бежит.

— Церемонию мы проведем позже, — сообщил Остролапке Огнезвезд. — Но твоего наставника я уже вызвал из патруля. Если он согласится взять тебя, то можете начать тренироваться уже сейчас. Тебе нужно торопиться, чтобы догнать своих братьев.

Остролапка кивнула, не в силах выдавить ни слова от волнения.

Заросли колючек задрожали.

— Огнезвезд? — запыхавшийся Бурый бросился к предводителю. Видно было, что весь путь до лагеря он пробежал. — Что случилось?

— Ты не откажешься взять на обучение Остролапку?

Бурый перевел глаза на ученицу.

— А что произошло?

Остролапка задрожала. Вдруг он откажется? Кому нужна ученица, бросившая свою наставницу?

— Я… я поняла, что не гожусь в целительницы.

Бурый еще несколько мгновений смотрел на нее, а потом обернулся к Огнезвезду.

— Я буду рад тренировать ее.

— Вот и хорошо, — кивнул Огнезвезд. — Тогда я передаю ее в твои лапы, — он снова кивнул и отошел.

Бурый не сводил глаз с Остролапки.

— Тебе придется заниматься очень усердно, чтобы нагнать упущенное.

— Я знаю, и готова тренироваться с утра до ночи!

— Хорошо, — качнул хвостом Бурый. — С сегодняшнего утра мы каждый день будем заниматься боевой подготовкой.

— Здорово!

Бурый склонил голову набок и очень серьезно сказал.

— Я не буду спрашивать тебя, почему ты изменила решение. Если ты собираешься стать воительницей, то должна думать о настоящем, а не о прошлом. Ты приняла решение, и я ожидаю, что ты будешь его придерживаться.

— Буду! — пообещала Остролапка.

Бурый расправил напряженные плечи и переступил с лапы на лапу.

— Готова приступить прямо сейчас?

— Да!

— Тогда пойдешь вместе с нами на охоту, — с этими словами он бросился к колючей изгороди. Остролапка помчалась за ним, распушив хвост. Ее первая настоящая охота!

Бурый не стал замедлять бег, чтобы приноровиться к скорости ее коротких лапок, и Остролапке пришлось нестись во весь дух, чтобы угнаться за ним. В пещере целительницы она тренировала мозг, а не тело. Только теперь Остролапка с тревогой поняла, как сильно отстала от других оруженосцев.

Бурый покосился на нее через плечо и подбодрил:

— Мы почти пришли!

Остролапка глубоко вонзила в землю когти и из последних сил рванулась вперед. Поваленное дерево преградило им путь, но Бурый одним прыжком перелетел через него. Остролапка поспешно затормозила и ужом проползла под стволом.
Бурый терпеливо ждал ее на другой стороне. Крутобок с Милли тоже были здесь, деловито обшаривая траву в поисках дичи. Уголек и Долголап о чем-то негромко переговаривались, а их оруженосцы — Львинолап и Мышонок — гоняли палые листья.

Львинолап в полном изумлении уставился на сестру.

— Что ты тут делаешь?

— Познакомься с моей новой ученицей, — проурчал Бурый.

Львинолап радостно закрутил хвостиком.

— Ура! Вот здорово!

Крутобок подошел к Остролапке и потерся носом о ее щеку.

— Поздравляю!

— Поймали что-нибудь без меня? — спросил Бурый.

— Вся дичь попряталась от холода! — пожаловался Уголек.

— Значит, нужно ее как-нибудь выманить, — ответил новый наставник Остролапки. — Я умираю с голоду!

— Может, попытаем счастья под старой березой возле заброшенной Гремящей тропы? — предложил Долголап. — Там даже в сезон Голых Деревьев на земле полно семян.

— Почему бы и нет? — кивнул Бурый и, не говоря ни слова, бросился бежать.

Патрульные последовали за ним. Остролапка глотнула пастью воздух и снова пустилась бегом. Интересно, Бурый всегда срывается с места без предупреждения? Мышцы у нее стонали от непривычной нагрузки, легкие разрывались, но она знала, что не имеет права отступить.

Когда впереди показалась крона старой березы, лапы Остролапки задрожали от облегчения. Патрульные остановились в нескольких прыжках от ствола и бесшумно поползли вперед, к небольшой полянке возле корней. Остролапка внимательно посмотрела на старших и последовала их примеру.

Никто не произнес ни слова. Остролапка приблизилась к своему наставнику и вопросительно посмотрела на него.

— Не шевели хвостом, — процедил тот.

Остролапка вздрогнула и поняла, что кончик ее хвоста безотчетно подрагивает от волнения.

— Ой, извини, — прошептала она и оцепенела. Через несколько мгновений еле слышный шорох в папоротниках возобновился.

Патрульные выстроились перед папоротниками и впились глазами в землю между стеблями.

— Я что-то вижу! — зашипел Львинолап.

Остролапка снова обшарила взглядом землю, но ничего не заметила. Тогда она взглянула на Львинолапа, чтобы понять, куда он смотрит. Ага, он не сводил глаз со слегка подрагивавшего возле корня березы листочка. Неужели под ним прячется дичь? Остролапка принюхалась. Сначала она не учуяла ничего, кроме прелого запаха палой листвы, но затем сердце у нее радостно заколотилось. «Мышь!» — она взмахнула хвостом.

В тот же миг папоротники снова зашуршали. Березовый листок отлетел в сторону, а на него стремительно бросился Львинолап.

— Опоздал! — процедил он, ударив лапами по мерзлой земле. Потом обернулся и сердито посмотрел на сестру. — Это ты ее спугнула! Машешь хвостом, как крольчиха!

У Остролапки загорелись уши.

— Прости, я не хотела…

— Не сердись на нее, — улыбнулся Уголек. — Это ее первая охота.

— Ладно, — проворчал Львинолап. — Я не хотел тебя обидеть. Самому надо было быстрее вертеться.

— По-моему, ты и так достаточно быстро вертишься, — пробормотала Остролапка.

— Но недостаточно для того, чтобы поймать мышь, — усмехнулся Мышонок.

— Закройте пасти, или мы до ночи ничего не поймаем! — шикнул на них Бурый.

* * *

Оттого что пришлось долго сидеть в скрюченном положении, у Остролапки разболелась спина. Львинолап наконец-то поймал свою мышь, Уголек сцапал полевку, а Мышонок бросился выслеживать белку, спрыгнувшую с ветки в траву.

— Твоя очередь, — шепнул Бурый на ухо Остролапке.

Она испуганно распушила загривок.

— Ты уверен?

«Да я только распугаю всю дичь и опозорюсь перед всеми!» — подумала она.

— Если не будешь пробовать, никогда не научишься.

Остролапка уставилась на корни березы, и почти сразу заметила слегка подрагивающий листок. Она молнией выскочила из папоротников и плюхнулась на него сверху. В следующий миг у нее упало сердце. Под ее лапами не было ничего, кроме голой земли. Ей достался только палый лист, дрожавший на легком ветерке!

Распушившись от смущения, Остролапка виновато посмотрела на товарищей и заметила, как подрагивают в улыбке редкие усы Крутобока.

Но Милли сурово посмотрела на своего друга, и тот посерьезнел.

— В первый раз у всех так бывает, — утешила Милли. — Попробуй еще разок.

Остролапка зажмурилась и глубоко вздохнула. Потом открыла глаза и огляделась.

«Я еще слишком неуклюжая, чтобы охотиться в папоротниках! — решила она. — А если попробовать возле дерева?»

Остролапка поглядела на березу. Светлый ствол ближе к земле становился совсем темным, а значит, ее черная шерстка будет незаметна среди корней дерева. Она бесшумно приняла охотничью стойку и стала ждать. Но через несколько мгновений не выдержала и покосилась на Бурого, чтобы убедиться, все ли правильно. Бурый ответил ей одобрительным кивком.

Повеселев, Остролапка снова впилась глазами в землю. Теперь она сидела совершенно неподвижно, не позволяя себе пошевелить даже кончиком уха. Где-то вдалеке истошно закричал воробей, предупреждая сородичей об опасности, но Остролапка не дрогнула.

И ее терпение было вознаграждено. Заметив какое-то движение напротив, она инстинктивно напружинила задние лапы. Теперь она не торопилась прыгать, чтобы снова не опозориться. Но вот листок снова всколыхнулся, и из-под него показался крошечный розовый носик. Мышь! Остролапка затаила дыхание, выжидая. Мышка еще раз принюхалась и робко вылезла из-под листа, собираясь отправиться на поиски пропитания.

Остролапка прыгнула и двумя лапами схватила добычу.

— Молодчина! — крикнул Бурый.

Остролапка повернулась к нему, зажав в пасти пойманную мышь. Ее первая добыча! Зажмурившись, она постаралась припомнить, какие слова произносили Львинолап с Угольком после удачной охоты.

— Спасибо тебе, Звездное племя, за жизнь этой дичи, отданную моему племени. Я не возьму больше, чем мне хочется… — Остролапка помолчала и поправилась: —…больше, чем мне нужно, и отдам все, что смогу.

Наконец-то она нашла свой путь. Она станет настоящей воительницей!
Глава XIX

— Кисточка всю ночь не давала мне спать своим кашлем, — пожаловался Долгохвост.

— Да как ты мог что-то услышать, если сам храпел, будто барсук! — огрызнулась старуха.

Воробушек подавил вздох. Он сидел в палатке старейшин и слушал, как старики бранятся, словно котята. И зачем они кричат и спорят? Он и так понял, что Долгохвост пытается ему сказать, что очень тревожится за Кисточку!
Страница номер


— Горло у нее чистое, и совсем не распухло, — перебил стариков Воробушек. — Пусть ест мать-и-мачеху, Листвичка считает, что она облегчает дыхание.

— Не нужны мне никакие травы, — отрезала Кисточка.

— Все равно, возьми, — настоял Долгохвост. — По крайней мере, хоть что-то пожуешь. Ты ведь ничего не ела со вчерашнего полудня!

— Дичи сейчас мало, поэтому я не хочу брать еду из кучи, — окрысилась старуха. — Пусть едят те, кто помоложе.

— Вот и отлично, питайся мать-и-мачехой, — буркнул Долгохвост. — Может быть, я хоть немного смогу вздремнуть!

Не переставая сварливо ворчать, Кисточка сгребла хвостом кучу мать-и-мачехи.

Воробушек вздохнул. Слушая перепалку стариков, ему казалось, будто ничего не изменилось с тех пор, как он был оруженосцем у Яролики. Прошла всего четверть луны, но целебные травы успели ему опротиветь по самое горло. После стариков нужно было заглянуть в воинскую палатку и снова намазать плечо Урагана смесью из меда и хвоща. Серый воин, видите ли, отказывался отлеживаться в палатке, поэтому целебное снадобье надо было постоянно наносить на его раны.

Листвичка влезла под куст жимолости и принесла с собой запахи трав.

— Как горло у Кисточки?

— Превосходно, — едко ответил Воробушек. — Хотя было бы проще, если бы она хоть на секунду перестала ворчать и позволила мне как следует принюхаться.

Листвичка рассердилась, и ее раздражение молнией пронзило воздух.

— Если не умеешь быть вежливым, возвращайся в палатку и помоги щипать пижму, которую твоя сестра принесла вчера! — приказала она.

Воробушек закатил глаза. Еще один день, проведенный в тесной пещере, и он просто лопнет от злости. Не много же радости принесло ему его великое предназначение! Пестролистая не предупреждала его о том, что ему уготована вечная скука.

Листвичка, распушившись, побрела обратно в свою пещеру, и Воробушек уныло потащился следом. Он чувствовал, как в ней уже бурлят слова, готовые вот-вот обрушиться на его голову. Протиснувшись сквозь обледенелые ветки ежевики, он покорно уселся и стал ждать.

— Ты слоняешься по лагерю, как черная туча, выискивая, на кого бы пролиться дождем, — сердито начала Листвичка.

— Мне надоело, — ответил Воробушек.

Раздражение молнией полыхнуло в груди Листвички.

— Можно подумать, я заставляла тебя становиться моим учеником!

— Нет, не заставляла, — согласился Воробушек. — Но ты всегда этого хотела, скажешь, нет? — Он в ярости хлестнул хвостом. — Ну что, довольна теперь?

— Разве я выгляжу довольной? — взвилась Листвичка, и Воробушек почувствовал гнев, кипевший под ее шерстью. Почему она так злится на него? Неужели трудно понять, что он хотел совсем другой жизни?

— Тебе-то хорошо, — с неожиданной обидой сказал он. — Ты всегда хотела стать целительницей.

— А ты не хочешь?

— Это мое предназначение, — процедил Воробушек. — Мое желание тут ничего не значит.

— Вот и исполняй свое предназначение, — безжалостно фыркнула Листвичка.

Воробушек с тоскливым вздохом поплелся к куче пижмы, оставленной Остролапкой, и принялся отдирать листья от стеблей. Он рвал их небрежно, оставляя на каждом листе длинные куски стебля. Листвичка вздохнула, уселась рядом и, не говоря ни слова, принялась откусывать эти куски.

В каждом ее молчаливом движении чувствовалось глубокое разочарование. Острое чувство вины царапнуло Воробушка. Ему хотелось найти какие-нибудь слова, чтобы объяснить Листвичке свое состояние, но он понимал, что ничего этим не добьется. Она все равно не поймет, чего ему стоило навсегда отказаться от мечты стать воителем — и ради чего? — ради вот этого? Чтобы всю жизнь перебирать травы, лечить чужие царапины и больные животы?

— Листвичка? — Ураган просунул морду в пещеру и огляделся. Воробушек сразу же почувствовал запах гноящейся раны на его плече и втянул голову в плечи, ожидая нового разноса. Он забыл еще раз нанести мазь!

— Ты не обработал Урагану рану? — резко спросила Листвичка.

— Ты сама велела мне идти сюда, — огрызнулся он.

— В самом деле, — вздохнула целительница. — Ну, хорошо, я сама все сделаю. А ты отдохни, ведь сегодня Ночь половины луны. Мы отправимся к Лунному Озеру вместе с другими целителями.

* * *

Вечер выдался сухой и холодный. Мороз загнал всю лесную мелочь по норам и дуплам, и тишину оцепеневшего леса нарушали лишь торопливые шаги Листвички и Воробушка. Чем ближе становилась граница с племенем Ветра, тем тревожнее было на душе у Воробушка. Что если другие целители не захотят терпеть в своих рядах слепого котенка?

Он принюхался. В воздухе пахло племенем Теней и Речным племенем.

— Кажется, нас уже ждут! — пропыхтела Листвичка, тоже почувствовавшая запах.

Следом за ней Воробушек вышел на какую-то опушку. Впереди лежала пустошь, в воздухе пахло вереском и утесником. «Кто здесь?» Воробушек еще раз повел носом и узнал Ивушку с Мотылинкой, которые в прошлом месяце зачем-то приходили к ним в лагерь. Резкий дух племени Теней живо напомнил ему недавнюю схватку возле границы.

— Привет, Мотылинка, — радостно приветствовала подругу Листвичка.

— Привет, — проурчала та.

— У вас в Речном племени такой же холод?

— Берег защищает нас от ветра, но все наши старики попрятались в палатки и носа не высовывают наружу. Жалуются на ломоту в костях.

— Маковых зерен у тебя достаточно?

— Да, спасибо.

— Здравствуй, Перышко, — повернулась к Сумрачному коту Листвичка. — Как у вас дела?

Воробушек воинственно распушился. Совсем недавно Сумрачные коты нагло вторглись на территорию Грозового племени, а Листвичка позволяет себе любезничать с врагом!

— Неплохо, — отозвался целитель. — Как твои воины, поправляются?

Воробушек едва не поперхнулся от возмущения, когда понял, что целитель говорит о ранах, полученных Грозовыми котами от лап Сумрачных воинов. Он насупился и порылся в чувствах Перышка, надеясь найти там злорадство и враждебность, но вскоре вынужден был признать, что целитель не испытывает ничего, кроме искреннего сочувствия.

— Одна рана сильно нагноилась, — ответила Листвичка. — А у вас?

— Дубравник до сих пор хромает, — сказал Белогрудый.

— Попробуй на ночь оборачивать его лапу окопником, — посоветовала Листвичка.

— Я уже исчерпал все свои запасы, — признался целитель.

— Так приди и возьми у меня!

— Что ты! Чернозвезд мне ни за что не позволит.

— Тогда завтра утром я оставлю пучок на границе, — пообещала Листвичка.

Воробушек просто ушам своим не верил. Интересно, знает ли Огнезвезд, что его собственная целительница помогает врагам Грозового племени?!
В этот момент его бока коснулась чья-то теплая шерстка. Это была Ивушка.

— Привет. А где Остролапка? — негромко спросила она.

«Она расстроилась, увидев меня вместо Остролапки»! — немедленно подумал Воробушек и сердито взмахнул хвостом.

— Разве ты не знаешь? — сердито зашипел он. — Остролапке настолько наскучило быть целительницей, что она сбежала от Листвички, оставив вместо себя своего никчемного слепого братца!

Ивушка отпрянула.

— Вы уже познакомились с моим новым учеником? — обернулась к ней Листвичка.

Воробушек почувствовал на своей шкуре взгляды трех целителей.

— Его зовут Воробушек, — продолжала Листвичка.

Воробушек распушил загривок и приготовился дать отпор всякому, кто решится высказаться по поводу его слепоты.

— Добро пожаловать, Воробушек, — улыбнулась Мотылинка.

— Ну как, нравится учиться целительству? — спросил Перышко.

Воробушек почувствовал, как напряглась Листвичка.

«Боится, как бы я не признался, что меня тошнит от этого занятия!» — злорадно подумал он, но вслух ответил:

— Очень.

— Он все схватывает на лету, — с облегчением в голосе сказала Листвичка. — Представляете, он уже знает все травы!

— Вот это да! — восхитился Перышко.

Новый запах привлек внимание Воробушка. Еще один кот торопливо приближался со стороны территории племени Ветра.

— Корявый! — радостно воскликнул Перышко. — Наконец-то! А где Пустельга?

— Остался дома, у него Белый кашель, — пропыхтел запыхавшийся старый кот.

— Надеюсь, ничего серьезного? — спросила Листвичка.

— Он молодой и сильный, — ответил Корявый. — Справится, но я боюсь, как бы хворь не разнеслась по всему лагерю. Когда дичи мало, коты особо подвержены всяким болезням.

Мотылинка горячо закивала.

— Луна поднимается, — подняла голову Листвичка.

— Пора в путь, а то не застанем ее отражения в озере, — забеспокоился Перышко.

Воробушек встрепенулся и приготовился к спуску по склону холма.

— Ивушка! — подозвала ученицу Мотылинка. — Иди вместе с Воробушком. Думаю, ему не терпится расспросить тебя о Лунном Озере.

«Как бы не так! — прошипел про себя Воробушек. — Я там уже был целых два раза!» Но ему пришлось проглотить резкие слова и стерпеть присутствие Ивушки. Та послушно приблизилась, но предпочитала держаться на расстоянии.

— Ты уже был у Лунного Озера? — натянуто спросила Ивушка.

Воробушек хотел похвастаться, что ходил туда сам по себе, без провожатых, но вдруг Ивушка с силой ухватила его за загривок и потянула в сторону. Он вырвался и, выпустив когти, бросился на нее.

— Воробушек! — закричала Листвичка. — Что ты делаешь?!

— Он едва не провалился в кроличью нору! — взвизгнула Ивушка. — Я просто хотела ему помочь.

Воробушек отскочил в сторону, уши у него вспыхнули от стыда.

— Откуда мне было знать! — огрызнулся он.

И вообще, с какой стати она бросилась ему помогать? Не нужна ему никакая помощь! Он не котенок, чтобы таскать его за загривок!

— Немедленно извинись, — приказала Листвичка.

— Но я и без нее знал, что тут нора! — возмутился Воробушек. Он и в самом деле это знал, за несколько шагов почуяв сильный запах кролика и уже приготовившись обойти ямку. — Мне не нужна помощь!

— Это не оправдание, — фыркнула Листвичка. — Извинись.

— Извини, — буркнул Воробушек.

— Не за что, — проворчала Ивушка. — Надеюсь, в следующий раз ты все-таки провалишься.

С этими словами она шлепнула его хвостом по носу и быстро побежала вперед.

— Не отставай, Воробушек!

Он почувствовал на себе сердитый взгляд Листвички и привычно распушился. Это несправедливо! Ивушка первая начала, это она во всем виновата! Он поплелся следом за ученицей и, стараясь не обращать внимания на тянущийся за ней шлейф возмущения, прислушался к разговору старших.

— Поздние заморозки сожгли все молодые листочки, — жаловался Корявый.

— А я-то уже надеялась пополнить свои запасы, — поддержала его Листвичка. — Теперь придется ждать целый месяц, пока появится новая поросль.

— У нас на территории есть несколько укромных местечек, где травы пережили заморозки, — похвасталась Мотылинка.

Воробушек насторожил уши. Хорошо бы выведать, где эти места, ведь это может пригодиться Грозовому племени! Он так увлекся подслушиванием, что не различил журчания ручья, и не заметил, как трава под лапами сменилась каменистой землей. Камни обледенели под ветром, и Воробушек неожиданно поскользнулся.

Ивушка бросилась ему на помощь, но вдруг застыла, словно ее схватили за хвост. Она молча смотрела, как Воробушек, неуклюже завалившись на бок, беспомощно сучит лапами в воздухе, пытаясь подняться. Когда же он, сгорая от стыда, все-таки сумел встать, она просто повернулась и, не оглядываясь, зашагала вперед. Воробушек посмотрел ей вслед и впервые почувствовал нечто похожее на уважение. Он знал, чего ей стоило удержаться и не прийти ему на помощь.

На вершине горы Воробушек остановился, ожидая услышать приветливые голоса, но тишину долины нарушало лишь завывание ветра да рокот водопада. Воробушек ступил на исхоженную кошачьими лапами тропинку и начал спуск к Лунному Озеру.

Когда ледяная вода коснулась его лап, он остановился.

Целители улеглись на берегу, и их дыхание согрело воздух перед мордой Воробушка.

— Звездное племя! — воззвала Листвичка, запрокинув голову. — Я привела вам Воробушка и прошу вас признать его, как когда-то вы признали меня.

Воробушек медлил коснуться носом воды. Он сидел и слушал, как замедляется дыхание других целителей, по мере того как они погружаются в сон. Только когда уснули все, он вытянул шею и тоже макнул нос в ледяную воду.

В тот же миг он очутился в охотничьих угодьях Звездного племени, и густая трава зашелестела у него под лапами. Воробушек моргнул. Прозрение всегда заставало его врасплох, нужно было подождать, когда хаотичная мешанина красок сложится в знакомые образы. Деревья обступили его, их листья трепетали в небесной синеве.

«Интересно, Ивушка видит то же самое? — Воробушек насторожил уши и прислушался. — Во сне мы попадаем в один и тот же лес или в разные?» Он принюхался, и ветерок тут же принес ему запах Ивушки. Воробушек тихонько пошел в ее сторону, стараясь держаться поближе к земле, чтобы остаться незамеченным.

— Пачкун? — услышал он тоненький голосок ученицы.

Выглянув из-за корней дуба, Воробушек увидел, что Ивушка стоит на поляне. Странно, она оказалась гораздо меньше, чем он представлял. Стройная, с блестящей шерсткой и едва заметными темными полосками на боках.
— Да, малышка? — большой крапчатый кот выбрался из папоротников и радостно потерся носом о нос Ивушки.

Воробушек испуганно спрятался за корень.

— Как я рада тебя видеть, Пачкун!

— Тебя беспокоит Пестролапка? У нее все еще болит живот?

— Да. Я ведь не дала ей никаких трав, а только успокоила и велела подождать. А теперь волнуюсь, правильно ли сделала…

— Все правильно; Ничего, потерпит немного и все пройдет. А целебные травы пригодятся тем, кто болен сильнее, — заверил ученицу Пачкун.

Воробушек снова выглянул из своего укрытия, заметив, что Ивушка с облегчением машет хвостом.

— У тебя есть новости для Речных котов? — спросила она.

— Опасайтесь Двуногих — тех, что живут вверху по течению. Их котята озоруют, пытаются перегородить реку, что питает Речное племя.

— Я непременно передам Мотылинке, — кивнула Ивушка.

Воробушек повел усами. Почему Пачкун не может сам поговорить с Мотылинкой? Может быть, они поссорились?

Он попятился и поплелся прочь от дуба. Если Ивушке снится Пачкун, то кого же видит во сне Мотылинка? Он разинул пасть и втянул воздух, пытаясь поскорее отыскать Мотылинку.

Странно, ее нигде не было. Ивушкин запах тоже исчез, как будто ее сон вдруг выскользнул из лап Воробушка. Он попытался притянуть к себе запах Мотылинки, но у него опять ничего не получилось. Тогда Воробушек закрыл глаза, выбросил из головы образ зеленого леса, и снова вернулся в холодную долину.

Он снова открыл глаза и увидел перед собой сверкающее Лунное Озеро. На берегу спали целители — и он тоже. Мотылинка дышала громче остальных, и постоянно ворочалась, а все другие целители оставались неподвижны.

Воробушек зажмурился и с усилием пробрался в ее мысли. Он почувствовал запах дичи и воды и понял, что стоит в густых камышах на берегу озера. В нескольких лисьих прыжках от него Мотылинка преследовала лягушку. Вот она прыгнула на нее, накрыла лапой, потом отпустила и с улыбкой смотрела, как перепуганная квакша неуклюже скачет в камыши. Бабочка закружилась над головой Мотылинки. Она подпрыгнула и схватила ее, разноцветные крылышки защекотали ей нос…

И тут Воробушек понял, что находится не в охотничьих угодьях Звездного племени. Он стоял на берегу озера между Грозовым и Речным племенами. Целительница Речного племени видела сон как самая обыкновенная кошка.