1. Четвертый оруженосец Опции

[Единственная]

Особая благодарность Черит Болдри

Пролог

Вода мягким изгибом стекала с края скалы и обрушивалась в бездну, кипя и пенясь в маленьком озере. Лучи заходящего солнца зажигали в водяной пыли мириады радуг, заставляя их танцевать над потоком.

Три кошки сидели на скале над водопадом. Они смотрели на четвертую кошку, аккуратно пробиравшуюся к ним по топкому мху, покрывавшему скользкий берег. Звездный свет блестел под ее лапами, серебристым туманом укутывая серую, с голубым отливом, шерсть.

Кошка остановилась и окинула ждущих котов холодных взглядом синих глаз.

— Во имя всех племен, почему вы решили встретиться здесь? — бросила она, раздраженно отряхивая мокрую лапу. — Тут слишком сыро, а грохот стоит такой, что я собственных мыслей не слышу!

Косматая серая кошка обернулась к ней и прошипела:

— Прекрати жаловаться. Синяя Звезда! Я выбрала это место именно потому, что оно сырое и шумное! Ибо то, что я собираюсь вам сказать, должно остаться между нами. Не дай звезды, если мой секрет станет известен кому-то, кроме нас!

Золотистый кот поманил Синюю Звезду хвостом,

— Садись рядом со мной. Здесь есть сухое местечко.

Сердито фыркнув, Синяя Звезда подошла к нему и присела.

— Если здесь сухо, Львиногрив, то я — мышь. — Она повернулась к косматой серой кошке и недовольно пробурчала: — Итак, Щербатая, мы тебя слушаем. Что за секрет?

— Пророчество до сих пор не исполнено, — сердито выпалила косматая кошка. — Трое, наконец-то, собрались вместе, однако двое могут не узнать третью!

— Ты уверена, что на этот раз Третья настоящая? — ехидно поинтересовалась Синяя Звезда. — Кажется, в прошлый раз ты ошиблась!

— Ты отлично знаешь, что это правда, — вмешалась молчавшая до сих пор красивая пестрая кошка, вежливо кивая своей бывшей предводительнице. — Разве нам всем не приснился один и тот же сон в ночь рождения Третьей?

Синяя Звезда с досадой взмахнула хвостом.

— Возможно, ты права, Пестролистая. Но в последнее время совершено столько ошибок, что я уже ничему не верю!

— Разумеется, она права! — повела ушами Щербатая. — Но если Воробей и Львиносвет не узнают Третью, быть беде. Я хочу послать им знак.

— Что? — Синяя Звезда даже вскочила и решительно взмахнула хвостом, забыв, что уже не имеет власти над своей бывшей целительницей. — Щербатая, это ведь не наше пророчество! Кто знает, какие беды падут на наши головы, если мы вмешаемся! Нет уж, лучше оставим все, как есть. Это не нашего ума дело.

Пестролистая изумленно вытаращила глаза.

— О каких бедах ты говоришь?

— А ты думаешь, кому-то хочется иметь в своем племени котов, превосходящих могуществом звезды? — фыркнула Синяя Звезда, обводя глазами собравшихся. — Котов, более могущественных, чем мы — их предки? — Она взмахнула хвостом, словно приглашая в свидетели всех звездных котов, населявших этот прекрасный, полный дичи, лес. — Что ждет Грозовое племя, если…

— Ты должна верить в Избранников, Синяя Звезда, — мягко перебил ее Львиногрив. — Они добрые, честные и преданные коты.

— Между прочим, Остролистую мы тоже считали такой! — огрызнулась Синяя Звезда. — И верили в нее больше, чем она того заслуживала!

— На этот раз ошибки быть не может, — твердо заявила Щербатая. — Откуда бы ни исходило это пророчество, мы должны верить в него и в наших соплеменников, живущих на берегу озера, иначе какие же мы заступники?

Пестролистая открыла пасть, приготовившись что-то сказать, но вдруг резко обернулась, услышав шорох чуть выше по течению. Кто-то пробирался сквозь кусты к озеру! Миг спустя красивая серебристая кошка выбежала на открытое место и помчалась к собравшимся, рассыпая из-под лап звездный свет.

— Ласточка! — воскликнула Синяя Звезда. — Что ты здесь делаешь? Ты шпионила за нами?

— Вообще-то мы теперь соплеменники, — напомнила ей бывшая Речная воительница. — Я догадалась, зачем вы собрались здесь, и…

— Это дело касается только Грозового племени, — оборвала ее Щербатая, грозно оскалив острые желтые зубы.

— А вот и нет! — горячо воскликнула Ласточка. — Воробей и Львиносвет не чистокровные Грозовые коты, они дети Грача, а значит, наполовину воины Ветра! — Ее голубые глаза потемнели от тревоги. — Я беспокоюсь за них, ведь это я должна присматривать за ними. И поверьте, я не меньше вас скорблю о несчастной Остролистой!

Пестролистая вытянула хвост и погладила молодую кошку по плечу.

— Она права. Пускай остается. Щербатая с досадой пожала плечами.

— Вообще-то это не твои дети, Ласточка, — с неожиданной теплотой напомнила она. — Мы можем только предупредить и направить их, но дальше им придется идти самим.

— Таков удел всех матерей, Щербатая, — глухо проговорила Синяя Звезда. — Сыновья и дочери вырастают, чтобы выбрать свой путь.

Щербатая помрачнела, устремив взгляд янтарных глаз куда-то вдаль, словно самые мучительные воспоминания ее жизни проходили тенями по горизонту.

Солнце спустилось ниже, и подсвеченные алым тучи стали темнеть, наливаясь густой синевой. Бурлящая пена слабо светилась в озере под водопадом.

— И что же нам теперь делать? — первым нарушил молчание Львиногрив. — Щербатая, ты хочешь послать им знак?

— А я настаиваю на том, что нам не следует лезть в это дело, — упрямо повторила Синяя Звезда, не давая Щербатой ответить. — Мы пока не знаем, в чем состоит особая сила третьей кошки, однако она несомненно умна. Если она и есть Избранница, то пусть сама во всем разбирается! Мы тут не при чем.

— Но мы не можем просто сидеть, сложа лапы! — воскликнула Ласточка, вонзая когти во влажную землю. — Молодым котам нужна наша помощь!

— Я согласен, — одобрительно кивнул Львиногрив. — Если бы мы проявляли больше участия к Избранникам, — тут он выразительно посмотрел на Синюю Звезду, — Остролистая, возможно, не погубила бы себя.

— Остролистая сама сделала свой выбор, никто не толкал ее под лапу! — воинственно подняла шерсть Синяя Звезда. — Каждый должен жить своей собственной жизнью, в том числе и коты-избранники! Пусть сами отвечают за свои поступки, как все. Никто не сделает этого за них.

— Нет, но мы можем указать им путь, — заметила Пестролистая. — Я тоже согласна со Щербатой. Давайте пошлем им знак.

— Я вижу, вы тут все заодно, — вздохнула Синяя Звезда. — Ладно, делайте, как знаете.

— Я пошлю им Знамение, — сказала Щербатая и наклонила голову. В этот миг все собравшиеся коты вновь увидели в этой косматой и острой на язык кошке мудрую целительницу, которой она была на земле. — Знамение Звезд.
— И кому ты его пошлешь? — спросила Синяя Звезда. — Львиносвету или Воробью?

Янтарные глаза Щербатой сверкнули в угасающем свете дня. Она повернулась к своей бывшей предводительнице и сказала:

— Нет. Я пошлю его Третьей избраннице.

[Единственная]

Глава 5

Голубичка проснулась от того, что кто-то больно дернул ее за ухо. Не открывая глаз, она раздраженно взмахнула лапой.

— Отстань, Искролапка! Дай поспать!

Прошел почти месяц с того дня, когда Огнезвезд произвел их в ученицы, поэтому накануне наставники устроили Голубичке и Искролапке первое испытание в дальней части территории Грозового племени. Никогда в жизни Голубичка так не уставала, как в этот суматошный день! Кто бы мог подумать, что это окажется настолько изматывающим — стараться изо всех сил, зная, что невидимые глаза наставников следят за каждым твоим движением!

Но назойливая лапа снова заехала ей по уху, на этот раз слегка выпустив когти.

Голубичка в бешенстве открыла глаза.

— Искролапка, если ты сейчас же не перестанешь, я…

Она замолчала, вытаращив глаза. Над ней стояла совершенно незнакомая кошка — серая, косматая, с горящими янтарными глазами. Губы незнакомки угрожающе разъехались в стороны, обнажив два ряда желтых зубов.

Голубинка вскочила и припала к земле, готовая броситься на чужую кошку, каким-то чудом проникшую в охраняемый лагерь Грозового плени.

— Кто ты такая? Чего тебе надо? — прошипела она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Тебя мне надо, — проворчала незнакомка.

Подавив подступающую панику, Голубичка обвела глазами палатку. Лунный свет, просачиваясь сквозь сухие папоротники, прикрывавшие вход, озарял крепко спавших Искролапку и других оруженосцев.

— Искролапка! — воскликнула Голубичка и затрясла сестру за плечо. — Проснись! Помоги мне!

Но Искролапка даже не шелохнулась. Голубичка снова посмотрела на незнакомую старую кошку. Страх улегся, уступив место гневу.

— Что ты здесь делаешь?

— Ничего, — буркнула старуха, и в ее янтарных глазах мелькнуло раздражение. — А теперь закрой пасть и делай, что тебе говорят! Иди за мной.

Голубичка хотела спросить, с какой стати она должна слушаться какую-то чужую старуху, но что-то заставило ее подняться и выйти из палатки. Пустая поляна купалась в лунном свете, черные тени лежали на посеребренных стенах оврага. Прыгунец, охранявший вход в лагерь, сидел так неподвижно, что казался каменным. Он даже усом не шевельнул, когда таинственная кошка вывела Голубичку из лагеря в лес.

«Как странно, — думала ученица, молча шагая по траве. — Что со мной творится?»

Даже лес казался ей незнакомым — он был полон жизни, густая прохладная трава приятно шелестела под лапами, а кусты были одеты листвой.

— Куда мы идем? — спросила она, споткнувшись об упавшую ветку, валявшуюся в тени ежевичного куста. — Мне нельзя тайком выбираться из лагеря. У меня будут неприятности…

— Прекрати ныть, — возмутилась старая кошка. — Скоро все узнаешь!

Какое- то время они молча шли под деревьями, но вскоре лес начал редеть, и лунный свет хльшул сквозь ветки. Подул свежий ветерок, пахнущий прохладной водой.

Голубичка так устала от непрекращающейся жары, что ветер казался настоящим чудом.

— Подойди сюда, — буркнула кошка, останавливаясь под деревом. — Иди и взгляни!

Голубичка послушно подбежала к ней и изумленно замерла. За деревьями начиналась полоса сухой травы, а дальше, насколько хватало глаз, лежала вода, посеребренная лунным светом. Голубичка услышала тихий плеск волн, мерный и убаюкивающий, словно язык королевы, вылизывающей своего котенка в детской.

— Ой, это же… Это же наше озеро! — пролепетала Голубичка. — Только оно полное до краев! Я никогда не видела столько воды! Это ведь сон, да?

— Наконец-то догадалась! — насмешливо проворчала старая кошка. — Просто ума не приложу, что за оруженосцы пошли! Чертополох у вас в головах вместо мозгов или что? Разумеется, это сон!

И тут Голубчика впервые заметила мерцающий звездный свет, льющийся из-под лап старой кошки.

— Ты пришла из Звездного племени? — прошептала она.

— Точно, — ответила кошка. — Когда-то давно я тоже была Грозовой воительницей.

— Ты можешь нам чем-нибудь помочь? — с надеждой спросила Голубичка, и голос ее задрожал от страха и волнения. — Нам сейчас так тяжело!

— А когда котам-воителям было легко? — фыркнула старая кошка. — В каждом племени, что ни пора, то новые тяготы! Воинский закон никому не обещал легкой жизни. Привыкай. Впереди будет еще много ссор да битв…

— Битв? — в страхе перебила Голубичка и тут же виновато шлепнула себя хвостом по губам. — Ой, простите.

— В каждом поколении проливается кровь, так уж заведено, — продолжала кошка. Ее янтарный взгляд потеплел, и Голубичка впервые почувствовала, что за внешней суровостью скрываются сочувствие и доброта. — Но как солнце всегда встает над землей, так и надежда всегда остается в сердце кота…

Фигура кошки начала расплываться, и вот уже сквозь нее стала просвечивать озерная гладь.
— Не уходи! — взмолилась Голубичка.

Но серая кошка таяла на глазах, пока от нее не осталось лишь легкое перышко дыма. Потом и оно исчезло, но невидимый голос шепнул на ухо Голубчике:

«За всевидящим воробьем и грозным львом прилетит легкокрылая голубка и принесет мир».

Голубичка проснулась как от толчка. Сердце у нее колотилось, лапы судорожно дергались. «Я снова дома, в своей палатке! Это был всего лишь сон…» Мутный рассвет просачивался сквозь папоротники, коты перекликались на поляне, готовясь к новому дню.

Искролапка, лежавшая рядом с Голубичкой, пошевелила ушами и открыла глаза.

— В чем дело? — спросила она хриплым со сна голосом.

— Ты вообще думаешь, что делаешь? — раздался за спиной Голубички раздраженный голос Шмелела-па. — Забросала меня мхом с ног до головы!

— Прости, — прошептала Голубичка. Она уже почти целый месяц спала в палатке оруженосцев, но до сих пор не привыкла к тесноте.

Ее сон распался на отдельные кусочки, а когда Голубичка попыталась собрать их воедино, они разлетелись во все стороны, словно листья в Листопад. Кажется, ей приснилась какая-то серая кошка, оказавшаяся звездной воительницей. И озеро, снова полное воды… Голубичка с удивлением почувствовала, что с трудом передвигает лапы, словно она не во сне, а наяву ходила среди ночи через лес к озеру. Какие глупости! Да кем она себя возомнила — целительницей или предводительницей племени? Звездные предки не посылают сны простым оруженосцам!

Широко зевнув, Голубичка выбросила странный сон из головы и вышла из палатки на поляну. Солнце вставало над макушками деревьев, и бледное небо быстро наливалось голубизной. Рассветный патруль уже ушел, и Голубичка ясно увидела, как Бурый и Медуница ищут дичь у ручья, отделявшего племя Теней от Грозового племени. Насторожив уши, она услышала, как Медуница прыгнула на белку, пытавшуюся вскарабкаться по стволу дерева, а Бурый ласково потерся носом о ее ухо. «Отличная охота», — промурлыкал он.

«Пожалуй, дальше я слушать не буду», — решила Голубичка, мысленно заглушив нежное мурлыкание Медуницы, и переключилась на громкую перепалку скворцов в ветвях сухого дерева. Затем она обратила свой внутренний взор вглубь территории Грозового племени и услышала громкий крик боли, вырвавшийся из пасти Ягодника, стоявшего возле границы с племенем Ветра.

«Я наступил на колючку!» — верещал кот. Голубинка насмешливо замурлыкала, увидев, как он сердито скачет на трех лапах, пытаясь вырвать зубами занозу. Разумеется, во всем была виновата колючка, а вовсе не Ягодник!

«Великое Звездное племя! — сердито воскликнул Дым. — Может быть, ты все-таки сядешь спокойно и дашь нам вытащить занозу? Шиповница, будь добра, помоги ему, пока он весь лес не перебудил своими криками!»

— Ну вот, еще один тихий денек в Грозовом племени, — рассмеялась Голубичка.

«А как же твой сон?» — спросил ее невидимый голос. — А при чем тут сон? — сердито проворчала Голубичка, отгоняя воспоминание.

Вернувшись в палатку, она пихнула в бок Искролапку.

— Просыпайся, соня! Бежим, разыщем Львиносвета и Пеплогривку, может быть, они возьмут нас на охоту.

Переполненная гордостью, Голубичка важно внесла в лагерь свою добычу — толстенькую мышку и дрозда.

— Отличная работа! — воскликнул Крутобок, поднимая глаза от полевки, которой завтракал вместе с Милли. — Если так пойдет и дальше, ты скоро станешь лучшей охотницей в племени!

— А ведь и месяца не прошло, как она стала ученицей! — с гордостью добавил Львиносвет, положив в кучу свою добычу. — Такое впечатление, будто она чувствует, что будет делать дичь раньше, чем та об этом догадается!

Белолапа, болтавшая с Березовиком под кустом, довольно замурлыкала.

— Замечательно! Мне очень приятно слышать, что моя малышка трудится на славу.

Голубичка смутилась.

— Да нет, не такая уж я хорошая ученица, — пробормотала она. Ей было неприятно, что ее расхваливали на глазах у Искролапки, которой за целое утро удалось поймать только одну маленькую землеройку. — Просто у меня самый лучший наставник!

Не успела она договорить, как почувствовала, что вот-вот провалится сквозь землю от стыда. Получается, она невольно осудила Пеплогривку? Когда же она научится держать свой длинный язык за зубами? К счастью, Пеплогривка, казалось, ничего не заметила. Зато Искролапка завистливо покосилась на сестру и промолчала.

— Не расстраивайся, — шепнула ей на ухо Голубичка. — Тебе просто не повезло, что белка удрала!

— Повезло — не повезло, но я ее упустила, — сердито буркнула Искролапка. — Словами племя не накормишь!

— Вы обе отлично поработали и заслужили завтрак, — объявила ученицам Пеплогривка.

— Спасибо! — Голубичка вытащила себе из кучи полевку и едва удержалась, чтобы не проглотить ее сразу же. Солнце уже высоко стояло над верхушками деревьев, горячие лучи безжалостно палили землю. Теперь охотиться будет можно только вечером, когда зной спадет.

— Ох, просто не знаю, когда же кончится эта засуха! ~ вздохнула Милли, доев свой кусок полевки и облизав лапки. — Сколько нам еще жить без дождя?

— Одному Звездному племени известно, — ответил Крутобок, ободряюще погладив ее хвостом по спине.

— В таком случае, пусть Звездное племя что-нибудь сделает для нас! — проворчал Долголап, сердито поднимая глаза к небу. — Как они думают, сколько мы можем жить без воды?

— И не говори, — грустно вздохнула Орешница. — Озеро мелеет с каждым днем! А ручей между нами и племенем Теней совсем пересох!

— Куда же делась вся вода? — проворчал Мышеус, раздраженно пошевелив ушами.

Голубичка озадаченно подняла голову от своей полевки.

— Как куда? — удивленно спросила она, глядя на котов. — Разве вы не знаете, почему ручей пересох? Это все из-за бурых животных, которые перегородили его выше по течению!

Долголап уставился на нее, разинув пасть.

— Что? Какие еще бурые животные? Голубичка проглотила кусок полевки и охотно пояснила:

— Я не знаю, как они называются, но они стаскивают в ручей ветки и целые стволы деревьев!

Оглядевшись по сторонам, Голубичка с изумлением обнаружила, что коты смотрят на нее во все глаза. Неожиданно проглоченная полевка показалась ей тяжелым камнем в желудке. Что случилось?

Ей показалось, будто тишина длилась целую вечность. Наконец, Львиносвет тихо спросил:

— Голубичка, мы не понимаем, о чем ты говоришь. Ты не могла бы объяснить?

— Бурые… большие бурые звери, — пролепетала окончательно растерявшаяся ученица. — Они строят забор в ручье, вроде стены, которой мы обнесли наш лагерь. Только у нас стена из папоротников и ежевики, а у них из бревен и веток. Эта стена не пускает воду дальше. А Двуногие наблюдают за тем, как работают звери.
— Двуногие? — насмешливо фыркнул Мышеус. — А еще у этих Двуногих есть крылья, и они летают над лесом, да?

— Не говори глупости! — рассердилась Голубичка. — Ты отлично знаешь, что Двуногие не умеют летать. Они просто следят за животными и наставляют на них… не знаю, что это такое. Какие-то штуки, которые стрекочут и вспыхивают. Я не знаю, зачем. Может быть, животные перегородили реку не просто так, а потому что им Двуногие приказали?

— А еще может быть, что ежи летают, — со вздохом сказал Долголап. — Львиносвет, ты бы попросил свою ученицу не рассказывать байки. Между прочим, это не смешно. Мы все страдаем от жары и засухи, так что это не повод для шуточек.

— Вот именно! — серьезно кивнула Белолапа. Теперь в ее глазах уже не было и тени гордости, она была смущена и раздосадована поведением Голубички. — Что ты себе позволяешь? Будь добра, играй в свои ифы с сестрой, а не морочь голову взрослым котам. Пора бы стать серьезнее, моя дорогая.

Голубчика вскочила. Она так разозлилась, что даже забыла о недоеденной полевке.

— Это никакая не ифа! И я ничего не придумала! Ты должна знать, что я всегда говорю правду!

— Ума не приложу, что все это значит, — фыркнул Долголап. — Двуногие и большие бурые звери? По-моему, это сказочка для котят.

— Разве вы их не слышите? — в отчаянии воскликнула Голубичка. Коты растерянно уставились на нее, и она невольно опустила глаза.

— Ну, хватит, не стоит поднимать шум по пустякам, — сказал Крутобок, недовольно махнув хвостом на Долголапа. — Мы все играли в игры, когда были оруженосцами. Дети есть дети.

— Конечно! Может быть, малышке напекло голову, — сочувственно закивала Милли. — Это все из-за жары. Тебе приснился сон? — ласково спросила она Голубичку.

— Это не сон и не игра! — пролепетала та. Ее гнев уже улегся, уступив место отчаянию. Она нервно переступала с лапы на лапу. Почему все вокруг смотрят на нее, как на сумасшедшую? Зачем они делают вид, будто не знают, что случилось с ручьем?

— Довольно, — сказала Орешница, поднимаясь с земли и сладко потягиваясь. — Давайте-ка лучше поищем уютное тенистое местечко, где можно сладко вздремнуть. Может быть, нам всем приснится интересный сон про больших бурых зверей. — Она направилась к краю поляны, а Мышеус потрусил за ней следом. Березовик обогнул кучу с добычей, подошел к Голубчике и очень серьезно посмотрел на нее.

— Если ты придумала это для смеха, то извинись перед старшими котами, — строго сказал он. — Если же тебе напекло голову, то отправляйся к Воробью и попроси у него целебных трав. Но я требую, чтобы ты раз и навсегда прекратила подобные выходки. Поверь мне, у наших воинов есть заботы поважнее, чем выслушивать глупые сказки!

— Это не сказки! — выдавила Голубичка. Ей хотелось плакать от отчаяния. Даже родители ей не верили.

Березовик переглянулся с Львиносветом, а затем они с Белолапой отошли в сторонку. Крутобок и Милли направились в воинскую палатку. Пеплогривка тоже встала и обернулась к Искролапке:

— Отдохни немножко. Когда жара спадет, мы с тобой сходим потренироваться на поляну.

— Хорошо! — кивнула ученица, провожая глазами свою наставницу и остальных воителей.

Когда они ушли, Искролапка повернулась к сестре и сердито пихнула ее в бок: — Прекрати выступать, слышишь?

Голубичка во все глаза уставилась на нее.

— Но ведь я не…

— Хватит! Ты это делаешь только для того, чтобы привлечь к себе внимание! — прошипела Искролапка. Не дожидаясь ответа сестры, она повернулась и бегом бросилась в палатку оруженосцев.

Голубичка осталась на поляне одна. Она сидела, опустив голову, и чувствовала себя совершенно раздавленной. Все коты Грозового племени смотрели на нее, как на обманщицу, только из-за того, что она рассказала им про бурых зверей! Зачем они притворяются, будто ничего не знают об этом? И почему Львиносвет не заступился за нее? Ведь он не мог не слышать, как бурые звери перегораживают ручей! Львиносвет был рядом с Голубинкой, когда она впервые почувствовала их — далеко от лагеря, в верховьях ручья, возле границы с племенем Теней… Может, это какая-то страшная тайна, о которой оруженосцам не положено знать? Но если это так, зачем тогда Львиносвет брал ее с собой к высохшему ручью?

Она так глубоко ушла в свои грустные мысли, что невольно вздрогнула, когда кто-то дотронулся носом ло ее уха.

Голубичка увидела Львиносвета, глядящего на нее со странным выражением круглых янтарных глаз.

— Идем со мной, — велел он.