Судьба Небесного племени. Сомнение Опции

[Единственная]

Первая книга серии.



Аннотация

Первая книга спецтома-дилогии «Судьба Небесного племени».

Огнезвед, предводитель Грозового племени, выполнил свой долг, воссоздал некогда изгнанное соседями из леса племя Небесных котов и вернулся в родные места.

Членами нового Небесного племени стали выжившие в скитаниях потомки Небесных котов, за долгие годы превратившиеся в домашних питомцев, бродяг и одиночек.

Новое Небесное племя под предводительством Листвяной Звезды процветает, но саму предводительницу мучает вопрос: все ли ее соплеменники останутся верными Воинскому закону в минуту испытаний, не решат ли вернуться к прежней сытой и беззаботной жизни? И ей кажется, что за ее спиной зреет заговор.

Пролог

Особая благодарность Черит Болдри.

Солнце садилось, бросая длинные тени в овраг. Зябкий ветер гнал по реке рябь, кружил в воздухе последние сухие листья. Стояла гулкая осенняя тишина, нарушаемая лишь плеском воды, извергавшейся из каменной черной дыры в небольшое озерцо, откуда узкий поток медленно сбегал в тьму под скалами.
На краю ущелья показался темно-полосатый кот. Его поджарый силуэт четко вырисовывался на фоне догорающего неба. Вот он остановился и задрал голову, принюхиваясь. Лучи вечернего солнца окрасили его шкуру кровавым цветом, высветив свежую отметину на плече, где не доставало клока шерсти. Постояв немного, кот подал знак хвостом и начал спускаться по узкой тропе, вившейся вдоль склона оврага.
Еще семеро котов молча последовало за ним: белая кошка, неуклюже хромавшая на трех лапах, прижимая к груди четвертую — жуткое месиво окровавленной шерсти; долголапый черный кот с нервной подпрыгивающей походкой и запекшимся в кровавой коросте глазом; молодой рыжий котик, тоже хромой и с рваными ушами. Да и остальные коты были покрыты боевыми шрамами.
Когда восемь полукалек с трудом спустились к воде, из черной пещеры, расположенной чуть дальше в склоне ущелья, робко появились еще четверо котов. Первым показался молодой бурый кот в черную тигровую полоску, стремительно сбежавший по камням к подножию скал. Здесь он остановился и стал поджидать остальных, нетерпеливо меся лапами песок. Другие три кота оказались старейшинами, едва переставлявшими слабые лапы.
— Ну что, Паучья Звезда? — проскрипел один из стариков, когда кот, возглавлявший процессию, добрался до дна ущелья. — Как дела? Вы победили?
Полосатый кот помедлил с ответом, потом подошел к старику и потерся носом о его нос.
— Разве мы похожи на победителей, Ночнохвост? — горько ответил он. — Папоротник, надеюсь, у тебя хватит целебных трав. Сегодня они понадобятся нам всем.
Прежде чем кто-то ответил, из-за спины предводителя вышел долголапый черный кот и презрительно скривил губы.
— Мы разгромлены, да и как могло быть иначе? Мы потерпели поражение еще до того, как приняли бой!
Рыжая кошка, последней спустившаяся с крутого склона, выбежала вперед и сердито посмотрела на черного кота.
— Как у тебя язык поворачивается говорить такое, Стрижекрыл? Мы должны были принять вызов! Небесное племя не забыло о гордости!
Ей ответила белая кошка, с ног до ушей покрытая кровавыми шрамами. Она устало покачала головой и грустно проронила:
— О какой гордости ты говоришь, Медолистая? Мы голодаем, потому что крысы распугали всю нашу дичь. Вот уже много лун у нас не было котят. Мы не даем имена воинам и не производим котят в оруженосцы, ибо у нас нет ни новых воителей, ни молодых учеников. В Небесном племени осталась одна церемония — отправлять мертвых к предкам.
Рыжая кошка повернулась к ней, ее зеленые глаза превратились в дне гневные щелочки.
— Послушай, Стужа…
— Мы будем провожать в последний путь Солнцегривую и Снегопада? — перебил их молодой воин с рваными в бахрому ушами. Голос его срывался от горечи.
— Конечно, Враношкур, — торжественно пророкотал Паучья Звезда, склоняя голову. — Их души ныне странствуют среди звезд.
— Что? — проскрипел старый полосатый кот, с трудом поднимаясь на негнущиеся лапы. — Солнцегривая и Снегопад… погибли? Но где же их тела? Мы должны приготовить их к похоронам и провести ночное бдение над телами.
— Мы бросили их там, где они пали, Дубоход, — взвизгнул Стрижекрыл, бешено взмахнув хвостом. — Мы так торопились спасти свои шкуры, что не смогли забрать тела павших товарищей! — Он отвернулся, уронив голову на грудь, словно ему было противно смотреть на своих соплеменников.
Стужа неслышно подошла к нему и села рядом, уткнувшись розовым носом в косматую черную шерсть Стрижекрыла.
— Поверь, мы ничего не могли для них сделать. Ты и сам это знаешь, но боль мешает тебе признаться. Никто не упрекнет нас в том, что случилось.
— Она права, — тихо вставил Орлятник. — Наши товарищи ныне охотятся в угодьях Звездного племени. Они поймут и простят нас.
Паучья Звезда кивнул, но глаза его были черны от горечи.
— Но коли вы не принесли сюда их тела, значит, мы и схоронить их не можем, как заведено, — не унимался Дубоход. — Вы как хотите себя уговаривайте, а я вам прямо скажу: позор, что вы бросили павших соплеменников крысам на растерзание! Позор вам! Как же вы позволили, чтобы Солнцегривая и Снегопад стали падалью?
Пошатываясь и с трудом переставляя лапы, старик заковылял по тропе вверх по склону.
Но не успел помертвевший от горя старейшина отойти на несколько лисьих хвостов, как Паучья Звезда бросился ему наперерез и преградил дорогу.
— Хватит с нас потерь на сегодня, — тихо сказал он. — Будем молиться, чтобы души павших нашли дорогу в Звездное племя.
Стрижехвост дернул ушами, потом не выдержал и обернулся к предводителю.
— В Звездное племя? — с нескрываемой ненавистью прошипел он. — Думаешь, нашим предкам есть до нас дело? — Он брезгливо повел усами. — Да им плевать, живы мы или передохли все до единого! Будь это не так, они бы никогда не пустили сюда крысиные полчища.
Медолистая стремительно повернулась к разъяренному коту.
— Звездное племя дало нам Воинский закон, а вместе с ним — силу, отвагу и мастерство побеждать врагов в честном бою. Небесное племя еще не разгромлено!
Воцарилась тягостная тишина. Многие коты опустили глаза, некоторые отвернулись.
Наконец Паучья Звезда нарушил молчание и сказал тусклым голосом, в котором не осталось жизни, только боль:
— Ты неправа, Медолистая. Мы уничтожены. Небесному племени пришел конец. Я не поведу свое племя в новое сражение, чтобы вновь увидеть, как мои соплеменники, один за другим, падают под зубами крыс. И не могу возглавлять Небесное племя в грядущую пору Голых деревьев, когда нашим уделом вновь станет голод, болезни, и вечный страх. Коты, поджимающие хвост при звуке падающего листа — это не воители. Нужно смотреть правде в глаза. Мы превратились в дичь. — Он испустил тяжкий вздох, исторгшийся откуда-то из самых глубин его существа. — Крысы победили. Небесного племени больше нет.
Его последние слова утонули в хоре возмущенных воплей.
Третья старейшина, тощая кошка цвета грязного песка, с усилием поднялась на ноги, подошла к предводителю и остановилась перед ним, подрагивая редкими усами.
— Быть того не может, Паучья Звезда, — проскрипела она. — Я была малым котенком, когда мы жили в лесу. Потом Двуногие захватили нашу территорию, а четыре оставшихся племени отправили нас в изгнание. Многие тогда думали, будто Небесному племени конец, но мы нашли себе новый дом в этом песчаном ущелье. Если тогда потеря дома не уничтожила нас, то не сделает этого и последняя злосчастная битва!
— Мышезубка дело говорит! — воскликнул Орлятник, подходя к старухе. — Мы не должны сдаваться!
— Правильно, — буркнул воинственный старый Ночнохвост. — Ведите нас на этих крыс, мы, хоть старые, да сможем постоять за честь воителей!
— Я никогда не видел старого леса, но глубоко чту вашу память о нем, — сказал Паучья Звезда, почтительно склоняя голову перед старейшинами. — Никто не сомневается в вашей отваге и преданности, друзья мои, но сейчас нас не спасет никакая отвага. Крыс слишком много, а нас осталось совсем мало.
— Значит, должен быть другой выход! — воскликнула Медолистая. — Паучья Звезда, я очень старалась верой и правдой служить тебе и нашему племени, как того требует долг глашатой. Никто не упрекнет меня в лени или трусости. Я работала, не жалея лап, и никогда не боялась сражений. Неужели теперь я должна поджать хвост и молча смотреть, как гибнет мое племя?
Паучья Звезда дотронулся кончиком хвоста до плеча своей верной глашатой.
— Ты была лучшей глашатой, которую только можно пожелать, — серьезно сказал он. — Я уверен, что ты смогла бы руководить племенем с той же отвагой, преданность и благородством. Все это знают.
— Что значит — руководить? — медленно спросила Медолистая. Губы ее разъехались в стороны, выпуская зарождающееся рычание, шерсть на загривке опасно зашевелилась. — Я…
— Все это куча мышиного помета, вот что я скажу, — перебил ее Ночнохвост. — Разве мы сможем выжить одиночками, коли не смогли сделать это вместе, единым племенем?
Несколько мгновений все молчали, с тоской и стыдом глядя друг на друга. Казалось, слова старика внезапно открыли котам простую и горькую истину: теперь каждому из них предстояло выживать самостоятельно, без поддержки соплеменников. Даже Медолистая смешалась, шерсть ее разгладилась, и только кончик хвоста продолжал мелко подрагивать от волнения.
— Я… я уже давно беру еду у Двуногих, — призналась белоснежная Стужа, потупив глаза и нервно облизав искалеченную лапу. — Она не так плоха на вкус… особенно, если с голодухи.
— Что? — ахнула Медолистая, поводя ушами. — Ты берешь еду у Двуногих? Но ведь это нарушение Воинского закона!
Стужа виновато подняла глаза, но не сказала ни слова в свое оправдание.
Молодой рыжий кот по имени Враношкур вразвалку подошел к ней и прижался боком к ее боку.
— И что с того? — с вызовом спросил он. — Я тоже время от времени ел у Двуногих. А что, лучше с голоду сдохнуть? Надеюсь, Двуногие примут нас в свои палатки, — неуверенно добавил он, и голос его слегка дрогнул. — Мне кажется, они нас жалеют, видят же, как мы отощали. Если мы уйдем жить к Двуногим в каменные гнезда, то получим убежище, еду и защиту от крыс.
Коты нехотя закивали, послышались одобрительные возгласы.
Сорвавшись с места, Медолистая растолкала котов и остановилась в гуще толпы, обжигая своих соплеменников бешеным взглядом ледяных зеленых глаз.
— Превратиться в домашних? Вы хотите стать ручными? Воины Небесного племени не опустятся до такого позора!
— Правильно! — поддержал ее Стрижекрыл, взмахнув растрепанным хвостом. — Да я лучше умру, чем буду вымаливать еду у Двуногих!
Коты стыдливо отводили глаза под гневным взглядом глашатой. Никто не хотел спорить с ней, но и соглашаться тоже никто не торопился. Наконец Мышезубка негромко спросила:
— Скажи, Орлятник, ты получал какие-нибудь послания от Звездного племени? Предки могут посоветовать, что нам делать?
Молодой целитель, потупив глаза, бесшумно вышел из толпы.
— Я все время слушаю голоса звезд, но небеса пусты, и я не чувствую от наших предков никакого отклика, только бесконечную печаль и чувство вины, — тихо признался он. — Они винят себя в том, что увели нас из родного леса, и грустят о конце Небесного племени.
— Что? — охнул Дубоход, в страхе распахивая глаза. — Значит, Звездное племя предало нас? Оно покинуло нас в самую тяжелую пору, когда мы оказались одиноки и беззащитны. Зачем тогда нужны предки? О, я помню то страшное время, когда Тучезвезд увел нас из леса, — глухо проронил старик, не глядя на своих соплеменников. — Он тогда отрекся от предков, которые не заступились за нас и позволили соседям изгнать наше племя из леса. Тучезвезд поклялся никогда больше не обращать взор к звездам, и теперь я вижу, что он был прав! Звездное племя не достойно нашей веры и преданности. Не надо нам было слушаться его. Звездное воинство предало нас однажды, и делает это снова!
Солнце скатилось за дальний край песчаных утесов, свет померк, и воины Звездного племени начали робко выходить на быстро темнеющее небо. Но никто из котов, сидевших на дне оврага, не поднимал глаз к их морозному свету. Они лишь теснее сбились в кучу на дне ущелья, где песчаные скалы хранили слабое тепло ушедшего солнца и защищали маленьких обитателей пещер от пронзительного ветра.
— Значит, все кончено, — сказал черно-белый кот. — Враношкур, ты мне покажешь, где живут те Двуногие?
— Конечно, — отозвался рыжий кот. — Все, кто хочет, могут пойти со мной и Стужей.
Серая кошка вскочила и подошла к нему.
— Я с вами. С Двуногими я всегда буду сыта и согрета. Воинский закон больше не может ни прокормить, ни защитить нас. Пустыми словами сыт не будешь.
— Никогда не думала, что услышу такие слова от Небесной воительницы! — в смятении зашипела Медолистая. — Воинский закон живет в сердце каждого из нас, когда мы охотимся, сражаемся и благодарим предков за благородную жизнь воителей!
Серая кошка резко обернулась к ней.
— Говори о себе, ясно? От меня предки благодарности не дождутся! Довольно с меня такой жизни!
Медолистая выпустила когти, и все невольно застыли, испугавшись, что разъяренные кошки сейчас бросятся друг на друга, визжа и размахивая лапами. Но глашатая первая отвела глаза.
— Что ж, поступайте, как знаете. Это ваш выбор, и не мне решать, как вам жить дальше. Но я ни за что не превращусь в скулящую домашнюю киску, — поклялась она, а ее торчащая во все стороны шерсть выдавала бешенство, клокотавшее в груди у бывшей глашатой. — Раз мы не можем больше оставаться здесь, я отправлюсь выше по течению, подальше от крыс. Думаю, там и с охотой будет полегче.
— Я с тобой, — немедленно вызвался Стрижекрыл. — Вдвоем и охотиться проще.
Все время, пока коты обсуждали, куда они отправятся и как будут жить дальше, трое старейшин хранили молчание. Когда разговоры стали стихать, Мышезубка подняла голову и посмотрела в печальные глаза Паучьей Звезды.
— А я останусь здесь, — устало сказала старуха голосом тусклым и безжизненным, как песчаные скалы на закате. — Я слишком стара, чтобы отправляться на поиски нового жилища. Здесь я прожила жизнь, здесь и умру.
— Я тоже, — проронил Ночнохвост, ласково лизнув старуху в ухо. — Крысы сюда не доберутся. Здесь есть вода, а если повезет, мы отыщем мышку или жука, чтобы не помереть с голоду.
— Все равно, жить нам осталось недолго, — кивнул Дубоход.
Предводитель Паучья Звезда вновь склонил голову перед стариками.
— Спасибо вам за преданность племени. Я останусь с вами, — сказал он. — Я буду заботиться о вас до конца ваших дней и провожу в последний путь с почестями, достойными вашей благородной жизни.
Ночнохвост с достоинством кивнул, пряча навернувшиеся на глаза слезы.
— Я тоже останусь, — решил Орлятник. — Здесь я родился, здесь избрал путь целителя… Пусть я больше не могу называться целителем, но буду верой и правдой служить вам всем своими знаниями.
Он встал с земли, обвел взглядом остатки Небесного племени, привлекая к себе внимание котов, словно ласковая королева, собирающая котят под защиту своего хвоста.
Дождавшись, когда все взгляды обратятся к нему, Орлятник поднял голову к небесам, где звездные воители лили свой холодный свет на безрадостную землю.
— Пусть Звездное племя озаряет ваш путь, Снегопад и Солнцегривая, да будет легка ваша поступь и светла последняя дорога, — тихо и торжественно произнес он. — Быстрого вам бега, легкой охоты и надежного укрытия, братья наши.
Коты, сидевшие вокруг него, зашумели, повторяя слова прощания.
Паучья Звезда тяжко вздохнул.
— Пусть Звездное племя озаряет путь каждого из нас, друзья мои. Наше племя умерло, но мы еще живы.
Никто не ответил ему. Загадочные кошачьи глаза сияли в звездном свете, и в каждом взгляде, обращенном на бывшего предводителя, страх смешивался с горечью. Но Паучья Звезда понурил голову, не желая встречаться с этими глазами, чтобы не выдать своего стыда за гибель племени, которому он так долго служил.
Орлятник еще немного помолчал, потом быстро встряхнулся, словно только что вышел из холодной реки.
— За дело, — сказал он. — Дайте-ка я осмотрю ваши раны.
Взмахнув хвостом, молодой целитель повел своих раненых товарищей в песчаную пещеру и деловито принялся за привычную работу. Пучками паутины он умело останавливал кровотечения, и щедро смазывал каждую рану целебной кашицей из календулы, чтобы предотвратить заражение. Покончив с этим делом, он собрал для желающих отправиться на поиски нового места по охапке укрепляющих трав путников.
— Пусть Звездное племя сопровождает вас в вашем странствии, — напутствовал он уходящих.
Медолистая, не проронив ни слова, повернулась к выходу из палатки. Орлятник вышел за ней следом и сел рядом с Паучьей Звездой, чтобы видеть, как его племя уходит навсегда.
Луна, выглянув из-за рваного облака, пролила студеный свет на реку и безмолвные камни. Темные фигуры уходящих котов медленно поднялись к вершине утесов, а затем скрылись из виду.
В ущелье остались только Паучья Звезда, Орлятник, да трое старейшин.
— Давай перенесем свои подстилки в палатку старейшин, — негромко сказал Орлятник Паучьей Звезде. — Так нам будет легче заботиться о них, да и отдельная палатка нам двоим больше ни к чему.
Паучья Звезда кивнул, обводя глазами опустевшее ущелье. Для него оно все еще было наполнено жизнью множества котов, и воспоминания, будто тени, льнули к каждой скале и каждой расселине.
— Я все думаю… — начал он и вздохнул. — Поселится ли здесь когда-нибудь новое племя котов-воителей?
Орлятник помолчал, потом тихо ответил:
— Я верю, что так и будет. Когда-нибудь другие коты вернутся сюда и сумеют отстоять то, что мы потеряли.
Голос его стал звучным и глубоким, наполнился силой, рожденной гордостью, отвагой и неколебимой преданностью Воинскому закону.
— Сегодня для Небесного племени настала пора Голых деревьев. Время Юных листьев непременно настанет, но оно принесет с собой еще более сильные бури и потрясения. И чтобы выстоять, Небесному племени понадобятся более глубокие корни…

[Единственная]

Глава XVI

Все коты дружно обернулись и уставились на «дневного» воителя. Глаза Харвимуна метали молнии, шерсть так распушилась, что он стал выглядеть вдвое крупнее, чем был на самом деле.

— Да-да, почему? — дерзко повторил Харвимун.

— Вот уж не знаю, почему наша предводительница приняла такое решение? — с насмешкой ответил ему Птицекрыл. — Может, потому, что эти четверо храбры, преданны и отлично охотятся? Или такое предположение кажется тебе слишком невероятным?

— Но ведь они, в отличие от всех нас, не прошли обучения, — осторожно заметила Чернушка.

— А им оно без надобности! — отрезал Чернобок.

Но Гречка придвинулась ближе к своей наставнице и горячо поддержала ее.

— Да я уверена, что они ни капельки не понимают Воинский закон!

— А обязанности оруженосцев, это что, больше не считается? — растерянно пробормотала Полыннолапка. — Мы все их исполняли и исполняем, а они чем такие особенные?

Листвяная Звезда подняла хвост, призывая племя к тишине.

Она была зла на Харвимуна, позволившего себе столь бесцеремонно вмешаться в церемонию и взбудоражить других котов, до сих пор державших свое мнение при себе. Однако злость злостью, но в глубине души она с горечью сознавала, что в словах ее воителей есть немалая доля истины. С запоздалым раскаянием Листвяная Звезда поняла, что не только поспешила с церемонией, но и глубоко ранила самолюбие своего племени, поколебав в Небесных котах веру в справедливость.

— Не стоит выпускать когти по поводу этого посвящения, — умиротворяющее начала она. — Мы с Остроглазом считаем, что это лучший способ выразить свою признательность нашим друзьям за их помощь Небесному племени. Наши гости охотно и успешно обучались нашим приемам охоты и борьбы, а в ответ научили нас многому, чего мы раньше не знали. Подумайте сами, разве справедливо было бы относиться к ним, как к обычным оруженосцам? Кроме того, — добавила она, предвосхитив новый протест Харвимуна, — я уверена, что они никогда не откажутся помочь нашим оруженосцам в исполнении их обязанностей, ведь это позволит им познакомиться со всеми сторонам жизни племени.

Гости переглянулись с таким видом, будто очень сильно сомневались в этом.

— Если наше посвящение вызывает столько неприятностей… — осторожно начала Кора.

— Это мое решение — и разговор окончен! — рявкнула Листвяная Звезда вскидывая голову и с вызовом окидывая взглядом своих соплеменников.

Все отвели глаза, никто не посмел открыто бросить ей вызов. Что ж, спасибо и на этом! Листвяная Звезда почувствовала на себе одобрительный взгляд Остроглаза, а когда встретилась с ним глазами, глашатай едва заметно кивнул.

— Хлыст! Звездное племя довольно твоей отвагой и мастерством в бою, — сухо продолжила Листвяная Звезда. — И мы с радостью принимаем тебя в ряды воителей Небесного племени. — Она возложила свою голову на макушку Хлыста, и тот, поколебавшись, неуклюже лизнул ее в плечо, прежде чем отойти и сесть рядом с Птицекрылом.

Церемония посвящения оставшихся трех котов прошла без неприятностей. Когда все закончилось, Листвяная Звезда почувствовала такую усталость, словно провела три бессонные ночи на охоте. На сердце у нее было тоскливо и пусто, теперь она уже не сомневалась в том, что совершила ошибку, посвятив этих котов в воители.

— Хлыст! Кора! Коротышка! Уголяшка!

От внимания предводительницы не укрылось, что далеко не все Небесные коты участвовали в приветствии новых воинов. Многие сидели, не разжимая зубов, опустив глаза в землю. Харвимун и вовсе повернулся хвостом к Камнегруде, не желая даже смотреть на завершение церемонии.

Чернушка, Гречка, Макгайвер, Полыннолапка, Мятнолап… Эти коты тоже промолчали.

«Значит, придется не спускать с них глаз, как бы не натворили бед», — с тревогой подумала Листвяная Звезда.

Мелкогривка тоже не произнесла ни слова, и вся словно съежилась, вжавшись в песок. Листвяная Звезда почувствовала, как еще недавно теплая и твердая поверхность Камнегруды, внезапно похолодев, уходит у нее из-под лап. Среди молчавших были Гнилушка и Пчелоус, Трилистница и Колтун!

«Великое Звездное племя, что же я натворила? — в тоскливом ужасе думала предводительница. — Прошу тебя, пусть моя ошибка не приведет к расколу племени!»

Когда приветствия стихли, Хлыст вышел вперед и вежливо поклонился Листвяной Звезде.

— Я хочу поблагодарить тебя от всех нас, — сказал он. — Мне всегда казалось, что мы можем многому научить друг друга.

— Да, я тоже так думаю, — тускло ответила она.

И все-таки ее беспокойство никуда не делось. Листвяная Звезда не могла обманывать саму себя — церемония получилась отвратительная, новые воители не только не понимали смысла воинского закона, но до сих пор хранили какие-то секреты от нее, и от всего племени.

Кроме того, чтобы не ронять свой авторитет в глазах племени, она должна была устроить выволочку Харвимуну. Гнев до сих пор жег Листвяную Звезду, у нее начинала шевелиться шерсть при одном взгляде на дерзкого домашнего котика. Вот только что ему сказать? Как ответить на его упреки, если она сожалеет о своем поступке?

Домашние коты потихоньку потянулись к тропе, ведущей прочь из ущелья. Впервые они даже не подошли к предводительнице, чтобы попрощаться!

Остальные коты собрались возле кучи дичи, чтобы плотно поужинать и еще раз поздравить новых воителей.

— Не забудьте, что этой ночью вы должны нести бдение и охранять лагерь до рассвета, — напомнил им Остроглаз.

— Не беспокойся, — заверил его Хлыст. — Мимо нас ни одна мышь не проскочит, не говоря уже о крысе!

Листвяная Звезда уныло подошла к куче дичи. Выбрав себе воробья, она без всякого аппетита посмотрела на него, потом бросила обратно в кучу и отправилась в свою палатку.

— Ты здорова? — спросила Эхо, когда предводительница проходила мимо ее палатки.

— Еще как, — буркнула Листвяная Звезда, не в силах преодолеть холодок, появившийся в их отношениях из-за Гречки. Она продолжила путь, но до самой палатки чувствовала на своей спине пристальный взгляд целительницы.

Войдя в свою палатку, Листвяная Звезда сразу же легла, но тревога долго не давала ей уснуть. Правильно ли она поступила, посвятив в воители четырех котов с территории Двуногих? Не обманывает ли она себя, считая, что их судьба лежит в Небесном племени? Но ведь племя остро нуждалось в новых воинах, тем более, таких храбрых и опытных! Разве она имела право отказать этим котам?

Она снова, в который раз за последнее время, вспомнила пророчество бурого кота, явившегося ей во сне.

«Время Юных листьев непременно настанет, но оно принесет с собой еще более сильные бури и потрясения. И чтобы выстоять, Небесному племени понадобятся гораздо более глубокие корни…»

Следом ей припомнился другой сон, о страшном потопе, который вырывал с корнями могучие деревья, смывал котов и топил их в бурном течении.

Создала ли она, Листвяная Звезда, корни, способные удержать племя от гибели? Или ее соплеменникам суждена гибель в следующей же буре?

Истерзав себя тревогами, она закрыла глаза — и тут же очутилась на очаровательной зеленой полянке где-то высоко-высоко над дном ущелья. Звезды Серебряного пояса ослепительно сияли над ее головой, но ни единый лучик ненастоящего света не пробивался со стороны территории Двуногих, как будто эти земли вдруг отдалились, растаяв в темноте. Кругом царила зачарованная тишина, даже легкий ветерок не шелестел в траве.

Затем среди стволов деревьев что-то всколыхнулось, и из леса вышел серый кот с белыми пятнами на боках и грудке. Звезды инеем сверкали на его шкуре, дождем посыпались из-под лап, когда кот направился к Листвяной Звезде.

— Тучезвезд! — прошептала она.

Бывший предводитель Небесных котов устремил на нее сияющий взгляд своих светло-голубых глаз, похожих на две луны.

— Доброй ночи, Листвяная Звезда, — звучно поздоровался он, склоняя голову. — Я рад видеть тебя здесь.

— Я… я тоже рада попасть сюда, Тучезвезд, — смущенно пробормотала Листвяная Звезда. — Ты принес мне послание?

Звездный кот не ответил. Листвяная Звезда хотела переспросить, но вдруг увидела, как на поляну со всех сторон выходят все новые и новые коты. Она затаила дыхание, узнав среди них Пестролистую.

Забыв обо всем, Листвяная Звезда бросилась к ней, с радостью вдохнув уже знакомый нежный аромат звездной кошки.

— Здравствуй, Пестролистая, — прошептала она. Пестрая кошка, не говоря ни слова, смотрела на нее.

Странное спокойствие снизошло на Листвяную Звезду, когда она очутилась в плотном кольце звездных воителей. Помимо Пестролистой и Тучезвезда никто, похоже, не видел ее — звездные коты беспечно подходили друг к другу, здоровались, а порой останавливались, чтобы лизнуть друг друга в ухо или погладить хвостом по звездному боку. Летунья, нежная подруга Тучезвезда, ласково терлась носом о носы своих мурлыкающих детей. Сердце Листвяной Звезды встрепенулось от радости, когда она узнала в толпе серого Ливня, погибшего в битве с крысами.

Пестролистая подошла к ней и встала так близко, что их шерсть касалась друг друга. Затем она подняла хвост и указала Листвяной Звезде на трех звездных котов, неторопливо подходивших к своим соплеменникам.

Первой шла крепкая серо-голубая кошка с мерцающей шерстью и серьезными глазами цвета той ослепительной небесной синевы, что бывает лишь в разгар жарких дней Зеленых листьев. За ней семенила изящная белая кошечка с серыми кончиками ушей и пушистым белым хвостом, а следом шагал плечистый белоснежный кот.

— Это Синяя Звезда, — сказала Пестролистая, указав ушками на первую кошку. — Она была предводительницей Грозового племени в то время, когда Огнезвезд впервые пришел в лес.

Листвяная Звезда почтительно поклонилась звездной кошке. Подумать только, она своими глазами видит предводительницу, которая произвела в воители самого Огнезвезда!

— Огнезвезд много рассказывал мне о ней, — прошептала она. — С его слов я знаю, что это была замечательная предводительница!

— А это ее сестра, Белогривка, — продолжала Пестролистая, — и ее сынок, Буран. До своей гибели он был глашатаем у Огнезвезда.

Листвяная Звезда потупилась, немного смущенная тем, что эти коты пришли с других небес, чтобы увидеть ее.

— Добро пожаловать, — проронила она.

Воздух за ее спиной всколыхнулся, и Листвяная Звезда обернулась. В следующее мгновение дрожь, как шустрая мышка, пробежала по ее спине, ибо она увидела перед собой бурого кота — того самого, который изрек пророчество в ее сне. И даже второй кот, более крупный и крепкий, тоже был здесь! Оба воителя держались чуть в стороне от собравшихся, внимательно наблюдая за ними.

Листвяная Звезда не знала, хватит ли у нее смелости подойти к ним и прямо спросить о пророчестве, но знакомый голос прервал ее раздумья.

— Привет, Листвяная Звезда!

Обернувшись, она увидела красивого серого кота с пронзительными синими глазами, в котором сразу же узнала Небосклона, верного хранителя истории и судьбы Небесного племени. Радостное тепло разлилось в груди предводительницы, когда она увидела, каким сильным, молодым, красивым и пушистым стал этот некогда ветхий старик.

— Как я рада тебя видеть, Небосклон! — искренне воскликнула она. — Но почему вы все собрались здесь? Я уже не раз видела Звездных воителей во сне, но еще никогда их не было так много!

— Давненько Звездное племя не собиралось в таком составе, — согласился с ней Небосклон. — Что и говорить, много обид и бед пролегло между нами, многое нужно было преодолеть, чтобы снова сойтись вместе… Но, как видишь, мы это сделали, а все благодаря тебе, Листвяная Звезда. Тебе и твоим соплеменникам, которые восстановили Небесное племя с такой отвагой, преданностью и твердостью, что любой воитель почел бы за честь зваться Небесным котом! Сегодня все пять племен собрались вместе, чтобы поздравить Небесное племя.

Изумление, недоверия и радость, тесня друг друга, бушевали в груди у Листвяной Звезды. Не веря своим ушам, она во все глаза смотрела на звездных воителей.

Неужели это они, Небесные коты, собрали их здесь?

— Мы не всегда будем здесь, — предупредил Небосклон, предугадав ее следующий вопрос. — Наши племена живут в разных местах, а чужие небеса не всегда открыты для нас. Так что давайте не будем терять времени, и насладимся радостью сегодняшней встречи!

— Да, конечно, да! — пролепетала Листвяная Звезда, чувствуя, что переполняющее ее счастье вот-вот прольется наружу, как дождевая вода из чашечки листа. Ах, она бы стояла здесь целую вечность, прислушиваясь к негромким разговорам предков, впитывая волшебные звездные запахи и незнакомое, потустороннее, тепло.

— Давайте же поохотимся вволю! — оглушительно воскликнул кто-то.

— Охотиться! Охотиться! — подхватили остальные.

В тот же миг звездные коты собрались вместе и, как косяк серебристой рыбы, плавно заструились в сторону леса, едва касаясь животами травы, полоща хвостами в воздухе. Листвяная Звезда, подхваченная потоком, побежала вместе со всеми.

О, как это было прекрасно!

Небывалый прилив энергии, словно невидимые вспышки молнии, переполнял каждую жилку ее тела.

Никогда еще она не испытывала такого полного, всеобъемлющего счастья. Как замечательно было очутиться в строю звездного воинства, вихрем нестись через лес, искать дичь…

Листвяная Звезда летела, как на крыльях, не чуя под собой лап. Она забыла обо всем, она потеряла из виду кота, произнесшего грозное пророчество, и его более коренастого товарища, и опомнилась только тогда, когда с ней поравнялась Пестролистая.

— Будь начеку! — предупредила звездная кошка, и ее пристальный взгляд подсказал Листвяной Звезде, что на этот раз Пестролистая говорит не о ночи празднования, и не об охоте. — Судьба исполнится, когда настанет время, а не когда мы этого хотим. Не пытайся торопить события, ибо срок не зависит от наших тревог и ожиданий.

Слова Пестролистой звучали загадочно, но Листвяная Звезда, вопреки обыкновению, не испугалась и не всполошилась. Впервые за долгое время она чувствовала себя совершенно спокойно. Ее дневные тревоги растаяли, как сосульки на солнце. Звездные коты, каждый на свой лад, говорили ей, что она должна наслаждаться каждым днем жизни в Небесном племени, ибо прошлое прошло, будущее скрыто, а жить следует настоящим.

И если она и жалела о чем-то, то только о том, что не успела поговорить с котами, которые приснились ей однажды на дне песчаного ущелья…

Небосклон и Пестролистая ничего не сказали ей о буре, ждущей впереди. Может быть, это значит, что никакой бури вообще не будет?

Листвяная Звезда не могла отмахнуться от пророчества, и все же ночная встреча дала ей силы и вселила уверенность. Ее племя будет и впредь готовиться к будущим испытаниям: тренироваться, учить оруженосцев, исполнять Воинский закон. И это все, что они могут сделать, ибо остальное — в лапах судьбы и Звездного племени.

Несясь по осыпанной звездами траве зачарованного леса, Листвяная Звезда поняла самое главное — она должна перестать изводить себя мыслями о будущем, которое ей не дано предугадать.

Пока шелестит под лапами трава и река несет свои воды в неведомую даль, пока высокие мудрые звезды ослепительно горят над лесом, а бескрайняя шкура небес укрывает мир, нужно жить настоящим, верой и правдой исполняя свой долг.



Продолжение читайте в книге «Судьба Небесного племени. Решение»